В 2004 году В.Н. Романюк вместе с некоторыми членами Церкви Святой Троицы посетили Беслан, чтобы оказать помощь страдающим людям.

Ниже печатаем интервью, взятое у В.Н. Романюка после поездки в Беслан.

– Прошло уже 2 месяца после ужасной трагедии, всколыхнувшей не только Беслан, Кавказ и Россию. Для многих, кто пережил утрату близких и сам находился в заложниках, все последующие дни – это дни безутешного горя, отчаяния, страха. Для тех, кого “минула сия чаша” – время выразить всеми возможными способами свое сочувствие, оказать помощь и поддержку. Но для всех нас это еще один повод задуматься над тем, почему жестокость, ненависть и насилие стали постоянными спутниками нашей сегодняшней жизни. Своими впечатлениями и переживаниями после поездки в Беслан поделился с нами пресвитер церкви Святой Троицы Василий Романюк.

– Почему многие христиане обычно несколько дистанцируются от потрясений, случающихся в обществе?

– Происходившие трагедии не затрагивали церковь наряду со всеми. Это не значит, что страдания не касались церкви! Еще как касались… Если даже не говорить о печально известном правлении коммунистов, то и в последнем десятилетии найдется немало случаев погромов, вандализма, поджогов и взрывов в церквях. Но эти случаи воспринимались как противостояние безбожного общества и церкви. А на это ответ был давно найден и потому не особо из-за этого переживая и заделывая пробоины, двигались дальше. Ясно, по крайней мере, с кем кому противостоять.

Беслан же заставил нас оказаться в одной позиции со страдающим обществом. Потому что в захваченной террористами школе мучительно и страшно умирали дети из церковной Воскресной школы. 35 из 55 учеников только одной церкви оказались в эти дни среди заложников. 15 из 35 уже никогда не придут в свой класс ни общеобразовательной, ни воскресной школы. В одной верующей семье не стало 2-х из 3-х детей, в другой 4-х из 5-и… Как справиться с мыслью, что их нет? “Рахиль плачет о детях своих…, ибо их нет” (Матф.2:18).

– Произошедшее обострилось сильным религиозным подтекстом, это так?

– Одна глубоко верующая женщина, довольно спокойно рассказывавшая мне о том, что происходило с ней и ее детьми, когда они оказались заложниками в школе, не могла сдерживать рыданий, вспоминая как молились террористы. “Вокруг дети стонут и падают в обморок от жажды, бьются в истерике, а он наелся, попил и большой такой Коран читает. А страданий и воплей детей – не слышит!”

– Почему это все случилось? Что теперь делать?

– Ответы на эти и другие вопросы, конечно же, есть, по крайней мере, у Бога. Хотя многие наши читатели Бога-то как раз права голоса и лишили бы. Мол, извини, раз уж во время трагедии Ты не вмешался… Что-то подобное приходилось слышать и в Беслане, и в других местах. А ведь того не замечаем, дорогие, что как раз Бога мы давно лишили права голоса. И когда профессию выбирали, и когда семью строили, и когда “ненужных” детей убивали, не дав им родиться, и когда голос против греха и зла не поднимали. И много-много другого делали.

А посев, он ведь всегда предполагает жатву. Вот и пришло время жать.

– Почему вот только это так больно детей коснулось?

– Не претендуя на полноту истины, осмелюсь указать на некую параллель в Библии, совершенном и уникальном источнике информации от Бога. Так вот, в связи с одним из величайших событий мировой истории – воплощением Сына Божия Иисуса Христа, погибло очень много невинных детей. Убийца искал младенца Иисуса и убивал, убивал, убивал… Так вот – погибшим детям в Вифлееме не суждено было увидеть многих радостей в жизни: взросления, мужания, влюбленности, брака (только не говорите, что это сомнительная радость), творчества и т.д. Но наряду с этим им не суждено было принять на себя ответственность за распятие Христа (что сделали их сверстники), не суждено быть распятыми Титом вокруг Иерусалима за участие в восстании (участь их ровесников). Так что по итогу еще не известно, кто кому должен был бы завидовать: мертвый живому или живой мертвому.

Черные полосы в нашей жизни – они ведь еще и не только за что-то, но и для чего-то. Зебра, например, может, и расстраивалась бы из-за наличия черных полос, но ведь именно они мешают хищнику прицельно выбрать себе жертву в табуне. А, следовательно – и жизнь спасают многим, на себе несущим черные полосы.

– Могут ли черные полосы чему-то нас научить? От чего-то предохранить?

– При правильной реакции – да.

– Что следует сделать любому человеку, проходящему через ту или иную трагедию?

– Прежде всего задать себе вопрос: “Не является ли происходящее результатом моего личного бунта против Бога?” Если ответ положительный – каяться самым искренним покаянием, просить прощения у Бога и у людей (если есть у кого просить), менять свою жизнь, и Бог будет менять обстоятельства. Если же ни вы сами, ни духовно опытные люди вместе с Вами не обнаруживаете греха, то примите происходящее как нечто, пока недоступное нашему пониманию, вверьте все в руки Божии, принимая Его утешение. При этом, конечно же, делая все возможное с вашей стороны для оздоровления ситуации, помня, что главным в любом процессе остается Бог.

– Кровавый итог теракта и доверие Богу – совместимы ли эти понятия?

– В своем рассказе Ирина Джоева не раз начинала плакать – она там потеряла старшего из пяти детей – Артурика, и едва спасла второго – Марка, пряча его в жаровочный шкаф, прикрывая собственным телом, притворяясь мертвой. Но, тем не менее, весь ее рассказ дышал невероятным доверием Богу и благодарностью за Его контроль в той трагедии, через которую вместе с другими прошла и ее семья.

Я сам видел могилы, предназначенные конкретным людям, которых еще не нашли, а их могилы уже были, потому что надежд на возвращения уже ни у кого не было. Так вот истина, в которой я утвердился, такова, что погибали те дети, чьи родные могли эту трагедию пережить. Они в состоянии понять, что и за всем этим мы призваны видеть руку Бога.

– Что же следует взять во внимание церкви, что вынести из этой трагедии?

– Несомненно – поставить мощный барьер всякой фальши в вопросах веры, в вопросах религии. Ведь в истории не только исламским флагом прикрывались псевдорелигиозные деятели, творя свои грязные делишки. Было это, да и бывает. А ведь Иисус Христос таковых людей называл “гробами окрашенными, полными всякой мерзости”. Околоцерковные деятели хотели бы снимать сливки, используя доверие богобоязненных людей. Роль истинных христиан – распознавать “лис и лисенят” и не давать им портить виноградник Божий.

И еще – церковь, как никто другой, стоит близко к границе жизни и смерти. А, следовательно, надо бы нам решительнее касаться этой темы, уча и молодежь без страха смотреть в лицо вечности. Мы даже в церковной среде готовим своих детей к какому-то успеху, к принятию благословений, но не готовим к тому, что ребенок может оказаться моряком на подводной лодке типа “Курск”, где он должен и сам быть готовым умереть, и, зная истину, повлиять на других. Тема, конечно, страшная. Но говорить об этом необходимо. Чтобы, встретившись с подобной ситуацией, не дай Бог, конечно, наши дети не терялись, но принимали ее с той совершенной любовью, которая изгоняет страх.

– Побывав на месте трагедии, о чем бы Вы еще хотели сказать нашим читателям?

– Можно говорить и о нашей вовлеченности в боли общества, и о ценности отношений с детьми, которые вверены на время в наше попечение, и о свете, которым должна светить именно в темные времена церковь. Поговорим… А пока призываю всех наших читателей молиться. О себе, о близких, которых может и не стать, о семьях, потерявших близких в Беслане. Сострадайте по Евангелию: “Страдает ли один член, страдают с ним все члены” (1Кор.12:26).